Название: Введение в переводоведение (общие и лексические вопросы)

Жанр: Филология

Рейтинг:

Просмотров: 3423


8. характеристика и дефиниция слова в теории перевода

Язык человека часто называют языком слов. Однако у слова, как это ни парадоксально, нет научного определения, приемлемого для исследователей различных школ и направлений, хотя в каждодневной речевой практике любой человек оперирует словами родного языка, безошибочно отличая их от других языковых единиц, и без особого труда выделяет слово в потоке родной речи. Слово — языковая реальность, которая признана, но не определена общей научной дефиницией. Трудности детерминации обусловлены самой природой слова и, прежде всего, его диалектически противоречивой сущностью. В слове слиты воедино собственно языковые элементы-категории, формы, отношения — и экстралингвистические, социальные значимости, в которых отражены факты общественного бытия, материальной и духовной культуры, отражено все познанное человеком в мире природы и общества. Эти затруднения порождаются сложными взаимосвязями между словом и языковыми единицами смежных уровней — морфемой и словосочетанием; вызываются многозначностью слова и ее соотношением с синонимикой и омонимией, полиформизмом слова, т. е. наличием у него нескольких грамматических форм, и связанной с этим проблемой тождества и отдельности слова, возникают благодаря стилистической и социальнойдифференциации слов, «открытости» словарной системы, постоянно пополняющейся новыми лексическими единицами, а также специфическим особенностям слов в разных языках и т. п.

В современной лингвистике выделяется три основных подхода к описанию сущности слова и его дефиниции: «1. Слово рассматривается с точки зрения лингвистики только отчасти, в то время как разрешение проблемы в целом переходит в область смежных наук — философии, логики, психологии... 2. Слово рассматривается с какой-либо стороны: в соответствии с этим ему дается определение — как единицы фонетической, морфологической, функциональной и т. п. ... 3. Слово рассматривается с разных сторон, однако, основной упор делается на его особенности в каждом отдельно взятом языке».* Некоторыми учеными высказываются все более категоричные суждения относительно невозможности удовлетворительного определения, слова для всех языков. «Определение слова, — пишет Н. Г. Комлев, — можно дать (с оговоренной степенью точности) только для конкретного языка».** Другие исследователи полагают, что, кроме общего определения слова, должны быть частные дефиниции в сфере конкретных лингвистических дисциплин, в фонетике, в грамматике, в лексикологии, в стилистике и т.п.*** Ученые, анализирующие различные аспекты языка, охотно прибегают к частным определениям, которые берутся за основу в методике их анализа.****

* Степанова М. Д. Методы синхронного анализа лексики. М., 1968. С. 23—25.

** Комлев М. Г. Компоненты содержательной структуры слова. М., 1969. С. 58. См. также: Иванова И. П. К вопросу о возможности единого определения слова // Морфологическая структура слова в языках различных типов. М. — Л., 1963. С. 163.

*** См., например: Суник О. П. Слово, его основа и корень как различные морфологические категории // Морфологическая структура слова в языках различных типов. М.—Л.,1963.С.38.

**** Обзор различных определений слова см.: Левковская К. А. Теория слова, принципы ее построения и аспекты изучения лексического материала. М., 1962.

 

При определении слова в теории перевода, имеющей дело с сопоставительным лингвостилистическим анализом по крайней мере двух языков, целесообразно отвлечься от грамматических показателей слова, которые составляют его специфику как единицы конкретной языковой системы, и тех его форм и элементов, которые имеют внутриязыковую значимость и не подлежат переводу. Абстрагируясь от фонетических и формально-грамматических характеристик слова, исследователь «приносит их в жертву» семантическому содержанию, информации, заключенной в словах, т. е. той истинной сути, ради которой и существует слово в человеческой речи. Напомним, что под информацией в широком смысле понимаются любые сведения, любое сообщение. В узком смысле информация — это любое содержание, константно закрепленное в слове или окказионально приданное ему.

Введение термина «информация» (см. §1) не дань моде, а необходимость, так как традиционного термина «значение» явно недостаточно. И вот почему.

Во-первых, термин «значение» стал настолько многозначным, что каждое употребление его требует уточнений. Н. Г. Комлев, описывая существующие концепции значения, выделяет семь основных понятий, выражаемых лингвистическим термином «значение слова». Причем эти семь основных понятий часто трактуются учеными неодинаково. Например, те исследователи, которые считают, что значение — это отношение между словом как лингвистическим знаком и объектом действительности, определяют суть термина по-разному: как отношение между знаком и предметом, между знаком и представлением, между знаком и понятием, между знаком и деятельностью людей (бихевиористы) или, наконец, как отношение между знаками.* Совершенно очевидно, что при такой многозначности термина пользоваться им следует весьма осмотрительно.

* См.: Комлев Н. Г. Компоненты содержательной структуры слова. С. 10 и далее.

 

Во-вторых, — и это главное — в объем понятия «значение» обычно не входят различные смысловые, оценочные, эмоциональные и экспрессивные оттенки слова, которые приобретаются им в речи и которые чрезвычайно важны при анализе языка, например, художественной литературы. Вообще любое из существующих многочисленных понятий термина «значение» не совпадает по объему с термином «информация».

В-третьих, значение в переводоведении изучается не как лингвистическая категория, а как содержательная единица, т. е. исследуется смысл, содержание лексических единиц. Иными словами, теоретик перевода не исследует взаимоотношения и взаимосвязи между материальным (звучащим или написанным) словом и идеальным понятием или реальным предметом. Если любить крайности, можно сказать так: теоретика перевода не интересует «философия значения», не интересует «механика» отражения в значении явлений действительности и психической деятельности человека — это проблема семасиологии. Для переводчика важно изучение смыслового, экспрессивно-эмоционального, стилевого и прочих видов содержания слова в языке и речи, изучение всего информационного объема слова со всеми его оттенками и обертонами, причем в сопоставительном плане.

Все сказанное вовсе не свидетельствует об отказе от термина «значение». Он также сравнительно часто употребляется в настоящей работе и определяется как исторически сложившееся «содержание слова, отображающее в сознании и закрепляющее в нем представление о предмете, свойстве, процессе явлений и т. д.».* В известной формуле «язык есть средство (орудие, инструмент) человеческого общения» обобщены по крайней мере три особенности языка: во-первых, язык — это средство передачи информации; во-вторых, это средство ее хранения и, в-третьих, средство познания действительности. Раскрытие этого положения позволяет вывести четыре фундаментальные функции языка человека: коммуникативную, мемориативную, мыслительную и художественную.

* Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990. С. 261.

 

Коммуникативная функция заключается в передаче человеческих мыслей и чувств в устной и письменной формах.

Мемориативная функция связана с хранением в грамматических формах, словах и текстах разнообразной информации, которой располагает человечество. Весь континуум действительности, познанной к данному моменту с любой степенью достоверности и полноты, отражается прежде всего в словарном составе, маркирующем все познанное. В этой своей функции язык выступает в качестве коллективной памяти определенной языковой общности.

Мыслительная (иногда ее называют эвристической) функция состоит в том, что язык участвует в формировании и преобразовании мыслей человека.

Особое место занимает художественная функция, тесно связанная с коммуникативной и мыслительной функциями. Она отвечает потребностям человека в образном отражении действительности в различных видах словесного искусства. Все эти четыре функции* самого универсального средства общения — языка — связаны наитеснейшим образом со словами и реализуются в языке прежде всего через посредство слов. Слово хранит информацию, участвует в ее передаче, в ее преобразовании и в порождении новой, в том числе и художественной (эстетической) информации об окружающем нас мире. И это не случайно, потому что языку для выполнения всех этих функций необходимо предварительное закрепление «некоторой части информации в виде значений, слов и грамматических явлений. Но информация, которая может быть передана при помощи языка, неизмеримо больше непосредственно закрепленной в языке».**

* Определения функций языка и их толкований в лингвистической литературе весьма разноречивы. Достаточно сравнить высказывания по этому поводу в опубликованных курсах общего языкознания. Р. А. Будагов выделяет функцию коммуникации и функцию выражения мысли (см.: Будагов Р. А. Введение в науку о языке. М., 1958. С. 3); у А. А. Реформатского названо семь функций: перцептивная, сигнификативная, семасиологическая, номинативная, коммуникативная, экспрессивная, деистическая (см.: Реформатский А. А. Введение в языковедение. М., 1967. С. 29—81); В. А. Звегинцев полагает, что у языка две основные функции: коммуникативная и мыслеоформляющая (см.: Звегинцев В. А: Очерки по общему языкознанию. М., 1962. С. 8); в книге Б. Н. Головина находим рассуждения о трех функциях: общения, отображающего обозначения предметов и выражения деятельности мысли (см.: Головин Б. Н. Введение в языкознание. М., 1966. С. 11—13); в коллективном труде «Общее языкознание. Формы существования, функции, история языка» (М., 1970. С. 50—53) речь идет о трех основных функциях: номинативно-дифференцирующей, экспликативной и репрезентативной. Правда, во втором томе этого труда, посвященном описанию внутренней структуры языка (М., 1972), называется четыре языковые функции: номинативная, сигнификативная, коммуникативная и прагматическая (С. 463). Н. Г. Комлев в упомянутой выше работе перечисляет три главные функции: коммуникативную, сигнификативную, эвристическую (С. 50—52). Г. В. Колшанский вообще полагает, что «язык имеет одну-единственную функцию — быть непосредственной действительностью сознания» (см.: Колшанский Г. В. О функции языка // Иностранные языки в высшей школе. М., 1963. С. 9). Ср. также суждения о функциях языка Гумбольдта, Штейнталя, Соссюра, Фосслера, Блюмфельда, Огдена, Черри и Морриса, изложенные Г. В. Колшанским в этой статье (С. 3). Часто некоторые лингвисты ссылаются на высказывания Р. Якобсона о шести функциях языка: коммуникативной, апеллятивной, экспрессивной, фактической, метаязыковой и поэтической.

** Супрун А. Е. Лекции по языкознанию. Минск, 1971. С. 9.

 

Возьмем на себя смелость определить слово с точки зрения переводческой теории. Слово — это основная единица языка, которая содержит традиционно-закрепленный набор информации и служит для формирования мысли и передачи сообщений в составе предложения.

Помня о том, что в языкознании принято различать язык как естественную коммуникативную систему общества и речь как функционирование языка, как процесс коммуникации, следует заметить, что слово в речи конкретизирует содержащуюся в нем обширную информацию, сокращая ее объем до коммуникативного минимума. Обычно минимум этот составляет одно лексическое значение и по одному грамматическому значению для каждой грамматической категории, присущей данному слову (например, при реализации личной формы глагола указывается одно лицо, одно время, одно наклонение, один залог и т. д.). В индивидуальной речи слово может изменять закрепленное за ним в языке значение и передавать разовую, окказиональную информацию, порождаемую индивидами для целей коммуникации. Однако любой индивидуальный смысл, приписываемый слову метафорически или каким-либо другим способом, связан с тем или иным константным лексическим значением слова. Комбинаторные возможности языка также позволяют слову видоизменять закрепленную за ним информацию. Таким образом, слово способно передавать в речи более разнообразную информацию по сравнению с той, которая определена самыми полными и совершенными словарями. Слово в речи не только реализует свои постоянные лексические значения, известные носителям языка, но и материализует тот окказиональный смысл, который в процессе мышления связывает с ним индивидуум. В речи возникают и совершенно новые слова. Они с течением времени могут либо войти в систему языка (неологизмы), либо так и остаться достоянием индивидуальной речи (окказионализмы). Конечно, окказиональные слова являются исключением из правила и не подходят под предложенное определение слова, так как они передают не традиционно закрепленную, а индивидуально закрепляемую информацию. Такие окказионализмы отвечают всем характеристикам слова, кроме одной: они неузуальны, необщеприняты.

Так как в языке есть и другие единицы (морфемы), содержащие определенную семантическую информацию, следует еще раз напомнить, что слово — основная (базовая) семантическая единица языка. Морфемы лишены формальной самостоятельности и выступают в речи лишь в составе слова, грамматически оформляя его или прибавляя к его значению какой-либо дополнительный смысловой оттенок. Слово предстает в языке грамматически оформленной единицей, отнесенной к определенному лексико-грамматическому разряду. У морфемы нет ни такой оформленности, ни подобной соотнесенности, потому она и не может являться самостоятельным членом предложения. В языке есть только одна независимая, самостоятельная единица — это слово. Под независимостью здесь понимается не независимость от системы языка — слово неразрывно связано с ней и целиком зависит от ее законов, — а то, что слово как единица высшей иерархии подчиняет себе все остальные элементы языковой системы. Звуки конструируют морфемы и слова, морфемы составляют слово и видоизменяют его форму, синтаксические модели служат для организации слов в речи, являясь «колодками» словосочетаний и предложений. Поистине все в слове и все для слова.*

* Столь же категоричные суждения о слове как основной единице языка не раз высказывались и другими исследователями. Приведу лишь две цитаты. «Слово, — утверждал А. А. Смирницкий, — должно быть признано вообще основной единицей языка: все прочие единицы языка (например, морфемы, фразеологические единицы, какие-либо грамматические построения) так или иначе обусловлены наличием слов и, следовательно, предполагают существование такой единицы, как слово.» (Смирницкий А. А. Лексикология английского языка. М., 1956. С. 20—21). Л. О. Резников писал: «Хотя семантические и морфологические особенности слова находятся в определенной зависимости от предложения, в состав которого оно входит, тем не менее, в некотором смысле должно быть признано даже решающее значение слова, как основного структурного элемента языка, по отношению к предложению, ибо слово может существовать, сохранять известный смысл и без предложения, но предложение современных развитых языков невозможно без слов. Носителем значения является, прежде всего, слово, и мы не можем понять значение предложения, не понимая значения входящих в его состав слов.» (Резников Л. О. Понятие и слово. Л., 1958. С. 3).


Загрузка...

Оцените книгу: 1 2 3 4 5


Загрузка...